Газета Аль-Минбар
Энциклопедический словарь
Лекции
Время намазов на сегодня
Намаз на
21 августа 2018
Санкт-Петербург
03:27
Фаджр
05:27
Шурук
13:02
Зухр
18:02
Аср
20:35
Магриб
22:05
Иша

Врата святости открыты каждому

В начале этого года журнал «Минарет» рассказывал о конференции, приуроченной к 40­летию со дня принятия Декларации «Nostra aetate» (см. №1 (8), 2006), начавшей новый этап исламско­католического диалога. 15 июня 2006 года в Москве прошел аналогичный Международный форум под названием «Ислам и иудаизм: перспективы диалога и сотрудничества». Организаторами мероприятия выступили Совет муфтиев России и Евро­Азиатский еврейский конгресс. Участниками форума стали священнослужители обеих конфессий – имамы и раввины, а также ученые­историки, востоковеды, общественные и политические деятели из России, Турции, Ирана, Казахстана. Последовавшие через месяц кровавые события в Ливане показывают, насколько актуальна тема мира и согласия между представителями обеих конфессий. Предлагаем вниманию читателей основные положения выступлений участников межрелигиозной конференции.

Диляра Рахимова

Врата святости открыты каждому

Московский Международный форум «Ислам и иудаизм» был открыт выступлениями духовных лидеров обеих конфессий в России, которые задали общий тон форума. «В Священном Коране, — сказал в своем докладе председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин, — заложен принцип общности с представителями других монотеистических религий, принцип единства в многообразии». «Наша задача, — добавил во вступительной речи главный раввин России Адольф Шаевич, — чтобы учения наших религий, которые дали нам возможность прожить несколько тысячелетий и оставаться такими же занимающими подобающее место в мировой истории народами перешли по наследству к молодому поколению, чтобы оно не уходило в сторону от той правильной дороги, которая была заложена нашими великими учителями в наших учениях».

Диалог — не экуменизм!

После выступления духовных лидеров надлежало внести уточняющие коррективы, ведь есть люди, которые ассоциируют межрелигиозный диалог с экуменизмом. Ясность предложил внести сопредседатель форума, Президент Федерации Еврейских организаций и общин России Михаил Членов: «У многих возникают вопросы: что за диалог мы хотим ввести? Нужен ли он вообще? И какой смысл в нем? Ведь у нас есть разные религии, и каждый предан своей». Отличие межконфессионального диалога от экуменизма разъяснил главный раввин Казахстана Йешайя Коэн: «Если мы [в ходе диалога] провозгласим рождение некоей новой религии, объединенного Ислама и Иудаизма, то ни мусульмане, ни иудеи этого не воспримут. Каждая религия живет по своим традициям и законам. Мы все разные. Но мы говорим такие вещи, с которыми согласны абсолютно все. Вот то, что будет воcприниматься [в качестве диалога]». С мусульманской стороны к такому мнению присоединился сопредседатель форума, заведующий отделом науки ДУМЕР шейх Фарид Асадуллин: «Речь не может и не должна идти о том, чтобы искусственным путем приводить Ислам и Иудаизм к какому­то общему духовному знаменателю. Это прерогатива Всевышнего. В Коране на сей счет есть аят: “Каждому провозвестию свое время”».

Обе наши религии, восходящие к учению Авраама/Ибрагима, завещавшего нам служение единому Богу, сосуществуют почти полторы тысячи лет на огромной территории – от Атлантического океана до стран Юго­Восточной Азии. В течение всего этого времени евразийское пространство было ареной, где действовали и проповедовали мусульмане и иудеи среди своих многочисленных последователей, чьими усилиями, вместе с нашими христианскими братьями, создавалась уникальная цивилизация Евразии. Благодаря усилиям выдающихся умов и духовных подвижников мусульманской уммы и еврейской общины накоплен разносторонний опыт сосуществования и добрососедства наших религиозных сообществ. Существует множество религиозных и исторических факторов, побуждающих нас к тому, чтобы придать этому стихийно складывавшемуся на протяжении веков взаимодействию характер постоянного диалога как в сфере богословия, так и в практике взаимоотношений между нашими общинами. Это дает нам основание для подтверждения достоинства, независимости и целостности наших религий и основанных на них культурных ценностей и общественных ориентаций.

Из совместного заявления участников международного форума «Ислам и Иудаизм: перспективы диалога и сотрудничества».
Москва, 15 июня 2006 г.

Таким образом, принципиальная позиция обеих сторон относительно характера предстоящего диалога была обозначена отказом от экуменизма. К этому стоит добавить, что духовенство обеих конфессий сошлось и на отказе от прозелитизма. «У раввинов и имамов есть огромное поле деятельности в рамках своей этнокультурной общины», – сказал на этот счет президент Лиги «Маген», раввин Александр Лакшин. А Р. Гайнутдин процитировал в данной связи аят Корана: «Если бы Аллах захотел, Он сделал бы вас одной общиной, но Он хотел вас испытать тем, что дал вам, поэтому соперничайте друг с другом в добрых делах. К Аллаху вы все возвратитесь, и Он рассудит вас в том, о чем вы спорили между собой». И добавил: «Данное повеление Всевышнего самым ярким образом демонстрирует веротерпимость Ислама, его уважительное отношение к другим монотеистическим религиям и недопустимости миссионерства среди людей другой веры».

М. Членов сформулировал две основные задачи того, что мы называем межрелигиозным диалогом. Во­первых, это необходимость представителей каждой из конфессий знать больше о вероучении и традициях другой. А вторая задача диалога между Исламом и Иудаизмом, как это ни парадоксально, заключается в утверждении и знакомстве с основными принципами собственной религии. «Слабое знание приверженцев Иудаизма и Ислама основ своих собственных вероучений, – пояснил он, – ведет к тому, что религиозный фактор просматривается всего лишь как часть национальной культуры, что снижает его универсальное звучание и может привести к развитию ксенофобии. Если религия ­ это просто «наше», которое противостоит «ненашему» или чужому, то легко сделать вывод, что «наше» может легко существовать, только если устранить или, по крайней мере, притеснить “не наше”».

Идти не вспять, а навстречу

«Идти не вспять, а навстречу друг к другу», – в таком русле призвал решать обозначенные задачи и развивать богословскую мысль обеих конфессий Ф. Асадуллин. Как оказалось, этому призыву проще последовать мусульманам. «Мусульманам гораздо легче сформулировать богословскую позицию Ислама по отношению к иудеям, – отметил в своем выступлении научный сотрудник Института Востоковедения РАН Тауфик Ибрагим, – поскольку иудеи были до нас, и мы признаем их. Гораздо сложнее для иудеев признать Ислам, поскольку он пришел позже».

Тем не менее, общая платформа для взаимного признания есть – это неоспоримая схожесть в учениях двух религий. О ней, с точки зрения Иудаизма, рассказал М. Членов: «Общее, наиболее фундаментальное сходство наших цивилизаций, – сказал он, – заключается в том, что они покоятся на строгом монотеизме и отрицании даже намека на антропоморфность Единого Бога. Обе религии возводят этот принцип к одному человеку, нашему общему праотцу, которого мы называем Авраамом, а мои дорогие мусульманские братья – Ибрахимом. Именно этот далекий пращур около четырех тысяч лет тому назад впервые получил откровение о единстве Бога и передал его далее своим потомкам – нам, иудеям и мусульманам. Близки наши представления о теодицее. Подобно Исламу, Иудаизм не признает самостоятельной сущности зла: считает его, скорее, тенью добра, проистекающей из свободы выбора, данного человеку как величайший дар и одновременно испытание. Ни Иблис, ни Сатана не являются образами, противопоставленными Богу и равновеликими Ему. Подобно Исламу, разделяющему захир и батын, Иудаизм проводит различие, хотя и не противопоставляет их, между законом галахой и неповерхностно скрытым учением – каббалой».

Мусульманский взгляд на теологическую общность двух религий сформулировал Ф. Асадуллин: «Ислам, как Иудаизм, учит, что между верующим и нашим общим Творцом нет никаких посредников, врата святости открыты каждому, кто стремится пройти этим путем. Согласно нашим вероучениям, бытийная сторона человеческого мировосприятия ограничена двумя крайними состояниями: надеждой на милость Всевышнего и страхом наказания за любое прегрешение в глазах Всевышнего. Страх Божий, звучащий в исламской традиции как таква, идет от установлений Мусы/Моисея. Во Второзаконии мы читаем: «Страшись Господа своего». О близости наших духовных традиций говорит и то, что ключевые слова наших вероучений, например, «вера» (иман –имуна) имеют одно семитское происхождение». В этой связи неслучайно, добавил он, что в Йемене древние иудеи (при царе Химьяре) называли своего Бога «Рахман» – одним из эпитетов Всевышнего, который поминают мусульмане в начале каждого дела.

И все же ключевым богословским вопросом во взаимоотношениях двух религий является не общность религиозных учений, а вопрос спасения: «Есть ли спасение вне моей религии?». Без честного ответа на этот вопрос любой диалог религий неполноценен, половинчат и, вероятно, бессмыслен.

Попытка прояснить данную проблему с иудейской стороны принадлежала раввину Алесандру Лакшину, который представил вниманию публики иудейскую концепцию всеобщего спасения: «Мы верим, что евреям дан путь служения Богу, – сказал он, – включающий 613 заповедей Торы, а неевреям Всемогущий Бог дал 7 заповедей Сыновей Ноевых (запрет идолопоклонства, запрет богохульства, запрет убийства, понимаемого как пролитие невинной крови, запрет воровства, запрет прелюбодеяния, запрет жестокого отношения к животным и предписание установить систему справедливого суда, которая будет следить за тем, чтобы эти запреты исполнялись). Любой нееврей, выполняющий эти семь законов, не противоречащие ни в какой мере догматам Ислама, является праведником и по своему статусу приравнен к иудею, который соблюдает все 613 заповедей Торы».

Мы признаем важность и необходимость совместных усилий по углублению диалога между нашими великими религиозными вероучениями с целью установления гармонических отношений между цивилизациями. Это становится особенно актуальным в современном мире, где раздается проповедь якобы грядущей и неизбежной войны между цивилизациями, находящей свое яркое выражение во вражде между Исламом и Иудаизмом. Мы решительно отвергаем эту и подобную ей теории. Мы рассматриваем трагические события, происходящие в сегодняшнем все более секуляризирующемся мире, где существуют силы, стремящиеся к гегемонистскому доминированию и культурной стандартизации, как явное искажение религиозных и цивилизационных ценностей и принципов. Взаимопонимание, диалог и толерантность между различными вероисповеданиями есть путь к решению современных проблем общества. Вместо «столкновения цивилизаций» мы утверждаем их взаимодействие с целью совместного преодоления злоупотребления религиозными ценностями в откровенно политических целях. Экстремизм не должен носить религиозного характера, и Всевышний не благословляет насилия и терроризма.

Из совместного заявления участников международного форума «Ислам и Иудаизм: перспективы диалога и сотрудничества». 
Москва, 15 июня 2006 г.

Возможность спасения иудеев (как людей Писания) постулируется и в Исламе. Доказательства этого из Корана привел имам­хатыб Исторической мечети Москвы Руфат Ахметжанов: ««Среди людей Писания есть праведные люди: они читают Божьи знамения (аяты) по ночам, падая ниц, они веруют в Аллаха/Бога и Последний День, велят творить одобряемое и запрещают предосудительное и торопятся вершить добрые дела. Они – праведники» (3:113).

Этот и подобные аяты имеют и практическое продолжение. «Как известно, Ислам разрешает брать в жены, – отметил Т. Ибрагим, – представительниц других конфессий: христианок и иудеек. И считается, что, напротив, мусульманкам выходить замуж за иудея или христианина запрещено. Однако мало кто знает, что в Коране подобного запрета нет. И на это обратил внимание не кто иной, как ведущий представитель мусульманского фундаментализма (!) Сейид Кутб в своем комментарии к Корану». «Маймонид дал разрешение, – подхватил ноту толерантности А. Лакшин, – если нет синагоги, то еврей может зайти в мечеть и там помолиться Единому Богу». «Более того, – парировал Т. Ибрагим, – Маймонид – один из мыслителей, который дал для иудеев философское, и, самое главное, богословское обоснование пророчества Мухаммада. И это – наследие, которое нам очень дорого. Маймонид для сближения наших культур – знаковая фигура».

О любопытной детали относительно признания истоков двух религий рассказал раввин Москвы Пинхас Гольдшмидт: «Мы все называемся авраамическими религиями, ибо исходим от Авраама, который имел двух сыновней: Исаака и Исмаила. Что интересно, еврейский новый год отмечается два дня – это главные дни в еврейском календаре. В каждый из этих дней читается Тора. Первый день читается история про Исмаила, второй день – про Исаака. Это является главной частью богослужения, который мы проводим в еврейском новом году». О не менее интересном факте рассказал имам­хатыб Московской Соборной мечети Ильдар Аляутдинов: «Во многих сборниках хадисов, – отметил он, – приводится случай, когда в городе хоронили иудея. По улице проходила похоронная процессия, при виде которой Пророк почтенно привстал. Сподвижники Пророка удивленно спросили: «О, Посланник, он же иудей?». Пророк в ответ произнес: «Он – человек».

На прошедшей конференции с большим интересом говорили не только о богословской близости обеих религий, но об исторических формах подобного единства – того, что в науке называется арабо­еврейским симбиозом.

Арабо­еврейский симбиоз

«Люди, занимающиеся историей, знают, какое количество великих ученых Иудаизма писало на арабском языке, – сказал, характеризуя это явление А.Шаевич. – Они находили в арабских странах, в арабском окружении, поддержку и написали большое количество философских религиозных трудов, которые потом были переведены на иврит. И сегодня мы используем это великое наследие тех людей, которые жили в арабском окружении, которые получали поддержку, потому что ценилась мысль, ценилось отношение к религии, ценилось отношение к окружающим людям».

Реальный диалог уже осуществляется и должен продолжаться на самых разных уровнях, включая низовые религиозные и общественные организации. <…> Большинство имеющихся противоречий, возникающих чаще всего на бытовом уровне и обусловленных искаженным восприятием псевдорелигиозных принципов, может быть преодолено на основе широкого народного взаимодействия, под умелым руководством духовных наставников и руководителей. <…> Мы выражаем тревогу и озабоченность неприемлемым, но заметным за последнее время в ряде стран ростом межэтнической и межконфессиональной нетерпимости, граничащей с откровенной ксенофобией и политическим экстремизмом, в частности, ростом антисемитизма и исламофобии. Мы уверены, что совместные усилия мусульманской и иудейской общественности помогут выработке продуманной и понятной государственной политики в сфере этнокультурных и конфессиональных отношений. Мы уверены, что исламо­иудейский диалог и впредь будет местом неотступных духовных усилий в благородном деле гуманизации общества, завещанном нам нашими Вероучителями и их верными свидетелями.

Из совместного заявления участников международного форума «Ислам и Иудаизм: перспективы диалога и сотрудничества». Москва, 15 июня 2006 г.

«Окончательное формирование догматики традиционного Иудаизма, – дополнил высказывание раввина Ф. Асадуллин, – происходило в средние века под влиянием арабо­мусульманской культуры. В середине Х века еврейская аристократия, в том числе комментаторы Библии и Талмуда, стали практически полностью арабизированы, так как арабский язык для них стал языком трансляции и ретрансляции талмудической мудрости. Ключевой фигурой этого периода является Маймонид. Его труд – «Путеводитель колеблющихся» – уникальное произведение, в нем можно найти мысли, которые одинаково могли разделить и мусульмане, и иудеи. В частности, мысль об истине, которая лежит посередине, – это тоже одно из стержневых понятий нашей традиции. «Мало кто знает, – добавил Т. Ибрагим, – что великий мыслитель Маймонид был иудеем, потом принял Ислам (это случилось в Испании), потом снова вернулся в лоно своей религии». «Есть и более уникальный исторический случай, – сказал также он. – Иудейского мыслителя Ибн­Гебироля (умер в XI в.), который писал на арабском и работы которого перевели на латынь, вплоть до XIX в. все принимали за мусульманского мыслителя и богослова. И только в XIX в. выяснилось, что он – иудей. Более яркого примера единства наших двух религиозных культур трудно себе представить».

До новых встреч

На фоне полного дружелюбия и сердечной открытости нельзя было не заметить и объективных трудностей исламско­иудейского диалога. Правда, о палестинском вопросе участники форума предпочитали не говорить, сойдясь на том, что это политический, а не религиозный конфликт. И все же противоречия есть и в богословской сфере. «Особых религиозных расхождений между нами нет, – сказал Т. Ибрагим, – но некоторые проблемы все же существуют: отчасти от незнания, отчасти от неправильных интерпретаций средневековыми авторами. И если мы хотим по­настоящему выстраивать межрелигиозный диалог, то о них надо говорить, а не ограничиваться словами о том, что все хорошо, избегая обсуждения реальных проблем».

Возможно, что обсуждение этих проблем станет поводом для новой встречи. По крайней мере, в пользу нее высказывались некоторые участники форума. Но и без этого у духовенства и интеллигенции обеих конфессий есть огромное поле для работы. «Я много раз был участником подобных круглых столов и конференций, – отметил руководитель проекта межрелигиозного диалога «Лицом к лицу» Рафаил Файнберг, – и не разу не слышал, чтобы кто­то сказал, что такой диалог не нужен и что мы против диалога. Нет. Всегда все за диалог. Почему? Потому что те, кто участвует в этих конференциях, – люди высокограмотные, образованные, которым есть что сказать и которые искренне высказывают свои чувства. Проблема в том, чтобы распространить наш диалог и его цели по всей нашей гигантской стране».

(статья опубликована в журнале «Минарет», № 10)

Ваш вопрос имаму-мухтасибу
* Ф.И.О.:
* E-mail:
Ваш телефон:
Вопрос: